Чтобы законопослушные граждане, оставив недоваренный ужин и хнычущих младенцев, по доброй воле приняли участие в массовой акции протеста, их нужно сначала довести до ручки. До отчаяния, если хотите. Когда уже нет выбора и нет сил терпеть.

Взгляните на то, что происходит в Венесуэле: там люди выходят протестовать против бездарного правления Мадуро, поскольку многим попросту нечего есть.

В Москве мирные протесты подавляются крайне жестко. Несмотря на репрессии, москвичи все равно решают митинговать, потому что убеждены в том, что власти беззастенчиво нарушают их право на свободные и честные выборы.

В Гонконге, где ситуация в последние дни накалилась до предела, местных жителей возмутил новый законопроект, по которому власти автономии получат возможность экстрадировать любого несогласного с политикой китайской Компартии прямиком на материковый Китай, в лапы местных спецслужб.

Особняком стоят массовые выступления «желтых жилетов» во Франции. Начавшиеся с акций профсоюзов против увеличения цен на топливо, они постепенно стали одним из симптомов хронического нездоровья французского общества. Внутреннее недовольство самых разных слоев населения текущим положением вещей настолько велико, что люди готовы воспользоваться любым мало-мальски подходящим поводом, дабы выплеснуть свое негодование публично. Подойдут без проблем и «желтые жилеты», и «синие ведерки».

Что касается Эстонии, то возникающие порой у части электората некоторые сомнения в компетентности нового правительства выглядят на нынешнем этапе, скорее, благодатной почвой для скетчей и анекдотов, нежели поводом для массовых волнений, подобных гонконгским или даже французским.

Прозвучавшая сразу после мартовских выборов угроза руководства EKRE вывести сторонников на улицы, если партию, не дай бог, «отодвинут в сторону нечестными методами» от создания коалиции, уже, разумеется, не в счет.

Чтобы понять, что создание нового резервного подразделения МВД вряд ли целесообразно и с оперативной точки зрения, нужно взглянуть на то, каким образом в цивилизованном мире власти обычно действуют в случае массовых протестов.

Первыми к участникам митингов и демонстраций выходят невооруженные полицейские. Так было, к примеру, на недавних акциях Extinction Rebellion в Лондоне. При необходимости со стороны полиции подключаются переговорщики.

Иногда полицейским помогают представители военизированных гражданских формирований, все зависит от специфики конкретной страны. В случае Эстонии это могут быть подразделения Кайтселийта.

Если ситуация однозначно выходит из-под контроля и начинает угрожать безопасности остальных граждан, подтягивается полицейский спецназ с водометами, слезоточивым газом, дубинками и резиновыми пулями.

Если переломить ситуацию не удается ни полицейскому спецназу, ни даже военным, то надеяться, что это сделает за них какое-то непонятное формирование добровольцев во главе с министром на белом коне, тем более бессмысленно.

Последней в дело вступает армия. Последней, заметьте. Когда перед участниками протестов появляются вооруженные до зубов военные, а в город входит бронетехника, пахнет однозначно жареным и кому-то пора сворачивать транспаранты.